June 21st, 2013

Liza1

Архивы МО и КГБ

Давно хотел выяснить, насколько правы нынешние диссиденты, когда говорят, что архивы Министерства обороны и КГБ с предвоенного времени и далее до сих пор почти полностью засекречены. Недавно погуглил на эту тему. Информации маловато, но, в целом, похоже, что так и есть.

Вот, например, из википедии
(http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A6%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B8%D0%B2_%D0%9C%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B5%D1%80%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B0_%D0%BE%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BD%D1%8B_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%A4%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%B8):

"Тем не менее, исследователи сталкиваются с рядом проблем, связанными с доступом к документам по истории Великой Отечественной войны. Во-первых, многие архивные фонды 1941—1945 гг. по-прежнему недоступны и остаются на секретном хранении — несмотря на то, что в соответствии с федеральным законом «О государственной тайне России» документы должны рассекречиваться через 30 лет с момента их создания (за исключением случаев, когда разглашение содержащихся в них сведений может нанести ущерб обороноспособности страны). Во-вторых, в архиве продолжают действовать внутриведомственные директивы, позволяющие сотрудникам уничтожать часть документов по истечении сроков хранения.[7]

[...]

По состоянию на 2005 год, в ЦАМО на секретном хранении находилось 10 миллионов дел времён Великой Отечественной войны, тогда как в открытом доступе — 2 миллиона, то есть пятая часть.[8] 8 мая 2007 года министр обороны России Анатолий Сердюков подписал приказ № 181, касающийся рассекречивания архивных документов Красной армии и Военно-морского флота за период 1941—1945 гг.[9] Этот приказ предусматривает не массовое, а поштучное рассекречивание, ввиду чего весь этот процесс займёт много лет, и к тому же гриф секретности будет снят далеко не со всех документов.[10]"

И ещё вот интересно (
http://www.bu.edu/iscip/vol8/Zhukov.html):

"The documents that are to remain secret are stored in a third archive, created specifically for this purpose: the Presidential Archive of the Russian Federation. The personal fondy of Stalin, Khrushchev, Brezhnev and other first secretaries of the TsK KPSS, as well as the protocols of the Politburo since October 1952, represent only a small portion of the materials that remain in this closed facility (1). This arrangement was undertaken with the full blessing of such widely respected figures as the former member of the Politburo A.N. Yakovlev, the former political officer of the Soviet army, D. A. Volkogonov, and the historian V. P. Naumov. The process by which the three collections were established and the decisions regarding declassification have not been governed by existing Russian laws pertaining to freedom of information and government archives.
In addition, as in the past, declassification and the transfer of documents to the government archives have not been extended to collections like the active archive of the Federal Security Service (former VChK-OGPU-NKVD-MGB-KGB), the Ministry of Foreign Affairs, or the Ministry of Defense. The continued inaccessibility of these collections also constitutes a flagrant violation of Russian laws. On rare occasions, if the researcher wins the favor of the archive's director, he may be allowed a visit; but permission to work there is virtually impossible to obtain. A researcher is prohibited from learning the contents of the archive and ordering the documents he needs. He is not even given a complete delo (case); instead, he is provided with separate pages (in some instances, material that the archive has already published in Russia or abroad)."